Сулинский металлургический: 100 дней нового генерального отметили стачкой

15 сентября около 500 рабочих из прокатного и копрового цехов АО "Сулинский металлургический завод" (одного из старейших предприятий области) заявили, что не будут работать, пока руководство завода не выплатит им долги по зарплате. В этот день корреспондент N встретился с генеральным директором АО Юрием Каплуновым, являющимся также директором красносулинского филиала КБ "Донинвест", который рассказал о проблемах завода и способах их разрешения.

Металлургический завод находится в центре Красного Сулина. Это первый и главный промышленный объект города. По некоторым данным, здесь работает 4,5-5 тыс. человек. Городскую площадь и проходную разделяют несколько кварталов. У проходной завода толпились люди в дорогих пиджаках, должно быть, коммерсанты. В приемной генерального сообщили, что в копровом и прокатном цехах пытаются бастовать, и директор с самого утра был там. По заводу разнеслись слухи, что 20 сентября, во время празднования в Красном Сулине Дня города, металлурги будут митинговать и требовать от городской власти не тратить бюджетные средства на массовые гуляния в то время, когда в рабочих семьях нечего есть. АО "Staks" (второе название Сулинского металлургического) задолжало своим работникам трудовые деньги за пять месяцев. Возле кабинета гендиректора толпились люди, желавшие попасть к нему на прием, который должен был начаться в 14.30. К десяти утра записалось уже 40 человек. "Больше Юрий Григорьевич принять не сможет", - сообщил секретарь. Но от желающих отбоя не было. Все они хотели получить ответ на один-единственный вопрос: "Когда будут деньги?" Из директорского кабинета вышли несколько рабочих - представители стачечного комитета прокатного цеха, одного из крупнейших на предприятии. В кабинет вошел корреспондент N.

Справка N. Юрию Каплунову 47 лет. Впервые он пришел на Сулинский металлургический завод в 1972 году, когда окончил энергетический факультет РИИЖТа. Прошел путь от мастера до главного энергетика предприятия. В 1987 году ушел с завода. Был председателем Совета народных депутатов Красного Сулина. Затем возглавил местный филиал банка "Донинвест". ОАО "Сулинский металлургический завод" входит в финансово-промышленную группу банка. В апреле 1997 года Каплунов вернулся на родное предприятие в качестве заместителя генерального директора по экономике. 31 мая на годовом собрании акционеров предприятия был переизбран совет директоров (его председателем стал прежний руководитель завода Александр Чумаков). 6 июня совет выбрал нового генерального директора - Юрия Каплунова. К середине сентября истекли те самые сто дней, которые в России отпускаются новому руководителю на то, чтобы он разобрался с положением дел на предприятии и наметил пути решения существующих здесь проблем.

N: - Юрий Григорьевич, как нам показалось, на заводе достаточно сложная обстановка. В вашей приемной, в коридоре заводоуправления все разговоры только о зарплате. Каким образом вы пытаетесь эту проблему решить?

Ю.К.: - Ситуация на заводе действительно тяжелая. Уже на 1 мая 1997 года задолженность по заработной плате за пять месяцев составила около 10 млрд рублей. В настоящий момент каждому работнику предприятия выплачена зарплата за четыре месяца. Но это не решило проблемы. Средний заработок у нас невысокий - около 500 тыс. рублей. Полученные суммы люди отдавали за долги, которые у них накопились в то время, пока деньги не выплачивались. И снова остались на бобах. К тому же это было погашение текущих долгов. Деньги за декабрь 1996-го и четыре месяца 1997 года пока мы так и не смогли выплатить. Завод сейчас работает нестабильно. Производственные объемы то увеличиваются, то падают. По сравнению с прошлым годом, далеко не лучшим в жизни предприятия, в целом по заводу они снизились на 37%. Притока живых денег в акционерное общество почти нет. Расчеты за произведенную продукцию на 90% идут взаимозачетами или бартером. Держаться на плаву помогает экспорт литых заготовок, составляющий всего 10% в обороте завода. Но это не спасло нас от больших кредиторских долгов, составляющих десятки миллиардов рублей. В большинстве своем это несвоевременные отчисления в бюджет и внебюджетные фонды. Экономическая нестабильность, низкая и несвоевременная оплата труда на нашем заводе привели к тому, что началась текучка кадров. Мы теряем ценнейшие человеческие ресурсы. Для того чтобы вырастить новых профессионалов, требуется много времени и средств, в которых мы сегодня испытываем недостаток.

N: - Как складываются ваши отношения с банком "Донинвест"?

Ю.К.: - И в 1995-м, и в 1996 году "Донинвест" активно вкладывал средства в модернизацию и реконструкцию цехов завода. Так, для электросталеплавильного цеха с помощью банка у шведской фирмы "Конкаст" за $ 470 тыс. была приобретена 3-ручьевая установка непрерывного литья заготовки производительностью до 200 тыс. тонн продукции в год. Это позволило нам выпускать литые заготовки, пользующиеся хорошим спросом за границей. Но беда в том, что наша продукция пока не сертифицирована, и мы вынуждены продавать ее по ценам ниже мировых. Мы разработали бизнес-план по модернизации сталеплавильного производства и разослали его в качестве предложений всем потенциальным инвесторам. Сейчас производственные мощности завода используются на 30-40%. В результате реализации этой программы загруженность предприятия, по нашим расчетам, должна вырасти как минимум вдвое. Для продолжения этой программы сейчас нам нужен инвестиционный кредит в сумме $ 5 млн сроком на три года под 6-8% годовых. Гарантом возврата этих средств как раз и выступает банк "Донинвест". Кстати, в 1996 году этот проект победил в инвестконкурсе Минэкономики России. Нам пообещали предоставить кредит на 8 млрд 700 млн рублей, но пока эти деньги не пришли. Поэтому стали искать других сторонних финансистов. Хотя "Донинвест" в рамках этого проекта проплатил одной из немецких машиностроительных компаний более 500 тыс. DM в качестве авансовых платежей за печь-ковш, которую должны поставить на предприятие. Сейчас же все свободные средства банк направляет на строительство автозавода в Таганроге. Как только это строительство закончится, надеемся, что банк возобновит инвестиционные вливания в предприятия, входящие в его финансово-промышленную группу, в том числе и в наш завод.

N: - Вы говорили о кредиторских долгах завода. А дебиторы у предприятия есть?

Ю.К.: - Есть, но сальдо все равно не в нашу пользу. Как и у большинства российских предприятий. Поэтому в мероприятиях по погашению кредиторских долгов, которые мы сейчас проводим, особой ставки на дебет не делаем.

N: - Как строятся взаимоотношения администрации завода с его кредиторами?

Ю.К.: - Совместно с городской налоговой инспекцией нам удалось построить такой график погашения долгов, который и их, и нас устроил. Таким образом нам удалось избежать ареста заводских счетов. Как только на нашем счете появляются деньги, они идут на уплату налогов. Сейчас с налоговиками решаем вопрос перехода на работу по новому Налоговому кодексу. По нашему мнению, такая работа сможет несколько ослабить налоговый пресс, который сегодня в России существует, и поможет нашему заводу выбраться из критического положения. Эта программа почти готова. Предположительно, с четвертого квартала 1997 года начнем по ней работать.

Кроме того, в июне мы подписали трехсторонний договор с администрацией области и "Ростовэнерго", на основании которого нам снизили энерготариф на 50%. Во-первых, благодаря этому нам удалось снизить долг за электроэнергию с 16,5 млрд рублей до 700 млн. Во-вторых, большие расходы за электричество приводили к удорожанию нашей продукции, делали ее нерентабельной. Сейчас по большинству позиций мы работаем рентабельно. Это привело к увеличению объема заказов. Например, если еще три месяца назад завод выпускал не более 700 тонн электродов в месяц, то сегодня ежемесячный объем этой продукции составляет 2 тыс. тонн.

N: - Какие еще серьезные проблемы, кроме задержек заработной платы и отсутствия инвестиций, есть сегодня у предприятия?

Ю.К.: - Отсутствие сырья. Например, в июле нам удалось увеличить производство электродного термоантрацита для отечественной алюминиевой промышленности. Но в августе объемы производства этой продукции резко упали, а к сентябрю и вовсе пришлось остановить ее выпуск. Единственный поставщик сырья для термоантрацита - шахта "Обуховская" - из-за проблем с "Ростовэнерго" и железной дорогой прекратила поставки угля на наш завод. Больным остается вопрос обеспечения предприятия металлоломом. Больше половины августа и в начале сентября основные цехи завода испытывали в нем острую нехватку. Мы исследовали рынок и увидели, что 90% лома уходит за границу. За него уже на территории области с коммерсантами рассчитываются валютой. Мы неоднократно поднимали эту проблему в обладминистрации, просили, чтобы власти помогли металлургическим предприятиям, которые в своих городах являются градообразующими. Сейчас мы крутимся как можем и некоторым количеством лома все же смогли обеспечить цехи. Но основного сырья все равно не хватает, чтобы загрузить работой все мартеновские печи (для нормальной работы Сулинскому заводу ежемесячно необходимо 15 тыс. тонн лома. - N). Да и риск полной остановки производства, в результате которой многие сулинцы (предприятие-то градообразующее) могут просто остаться без работы, меньше не стал.

Еще одна проблема - кадры. Завод сейчас держится в основном на людях опытных. Ведь производство у нас тяжелое: пыль, грязь, непрерывный график, а зарплата низкая, да и выплачивается с большим опозданием. Все это не стимулирует молодых и талантливых к нормальной работе здесь. Словом, в ближайшее время рассчитывать на свежие кадровые силы нам не приходится. Между тем мы понимаем, что современный рынок требует современного подхода. И хотим мы или нет, а проблему новых кадров решать все равно придется. В будущем. А сейчас, как я уже говорил, мы больно реагируем на то, что люди уходят.

N: - Перед нашей беседой вы принимали представителей стачечного комитета прокатного цеха, который сегодня собирается бастовать. Чем завершились эти переговоры?

Ю.К.: - Люди требуют немедленно погасить долг по зарплате. Рабочим - их только в этом цехе около 400 - тяжело, мы это понимаем. Но пока всех их требований выполнить не можем. Я объяснил представителям стачкома, что надо нам всем напрячься и подраскрутить производство, заработать прибыль и уже с прибыли получить долгожданные деньги. В уставном капитале Сулинского металлургического завода нет ни рубля государственных денег. Все здесь принадлежит акционерам, как частным, так и юридическим лицам. Помощи от государства ждать не приходится, хотя мы все же надеемся в этом году получить кредит от Минэкономики. Но все равно единственный реальный способ выгодно работать - вести активный маркетинг, искать платежеспособных заказчиков и снижать себестоимость продукции, чтобы она была конкурентоспособной как на внутреннем, так и на внешнем рынке. Это возможно за счет внедрения новых технологий. Поэтому нам так важно сегодня найти реальных инвесторов и осуществить наши проекты. У предприятия огромный потенциал, как технический, так и, если хотите, человеческий. В 80-х годах здесь был построен самый крупный в Европе цех по производству железного порошка. Это современная технология, позволяющая производить любые детали с помощью прессования с последующим обжигом. Это повышает износостойкость изделий. Применялся железный порошок в основном в машиностроении. Однако кризис в российской промышленности, который мы наблюдаем в последние годы, привел к остановке многих предприятий машиностроительного комплекса. Количество платежеспособных заказчиков железного порошка резко снизилось, и прежнему руководству завода пришлось законсервировать это производство. Сейчас начинаем пополнять портфель заказов и на эту продукцию. Но освоение этих проектов возможно только при поддержке трудовым коллективом той линии, которую управленческая команда завода сейчас проводит. Поэтому, встречаясь с людьми в своем кабинете или в цехах, пытаюсь объяснять им, что выгоднее всем нам не бастовать, а работать. Это я объяснял и стачкому прокатного. Пока удалось убедить металлургов вернуться на рабочие места.

12.09.2014

Добавить страницу в мои закладки:

Смотрите также:

Поддерживаете ли Вы запрет на курение в общественных местах?

  • Да (62%, 391 голос)
  • Нет (25%, 160 голос)
  • Да, но с оговорками (11%, 71 голос)
  • Мне всё равно (2%, 10 голос)

Проголосовало: 632

Загрузка ... Загрузка ...

Полезные статьи